Деятельность Кирилла и Мефодия, создавших церковнославянскую азбуку на основе праславянской, явно проходила уже в условиях латинизации западных и южных славян, поэтому она должна быть передатирована на 400 лет позднее традиционной датировки — на конец XIII — начало XIV века.

Примечательно, что архиепископ новгородский Геннадий в конце XV века ратовал за просвещение русского духовенства, сетуя, что «…не можем добыти, кто бы горазд грамоте… кого бы избрати на поповство… он ничего не умеет, только то бредет по книге, а церковного настатия ничего не знает…».

При этом из цитируемого отзыва архиепископа ясно, что речь идет о грамотных русских людях, представленных Геннадию для экзамена на предмет пригодности к церковному богослужению, но не знающих при этом церковнославянского языка!

Иными словами, гражданской русской письменностью владело гораздо больше людей, чем церковнославянской. Большинство русских людей до начала XVII века и прихода к власти Романовых было грамотными — в частности, все казачество. А затем «тишайший» царь Алексей Михайлович Романов истребил поголовно грамотных староверов. При нем же и его сыне Федоре уничтожены разрядные книги и почти все подлинные документы, касавшиеся истории до-романовской Руси. Именно Алексей Михайлович окончательно закрепостил большинство населения России, чем и сделал его неграмотным к началу XVIII в., так что Петру I пришлось приглашать иноземных учителей. После смерти Петра во времена бироновщины миллеры-байеры-шлецеры и начали писать «древнерусскую» историю на западноевропейский лад.

М. В. Ломоносов, внесший неоценимый вклад в русскую науку и культуру, первым среди ученых провел критический анализ церкославянской азбуки и обозначил принципиальную границу между нею и гражданской русской азбукой, прямой наследницей праславянской азбуки.